Арсен Дедич

Иногда мне нужно упасть

Иногда мне нужно упасть,
чтобы снова подняться,
пыль стряхнуть с костюма,
отмыв кровь с ладоней и колен,
посмотреть вокруг
на пейзаж с золочёнными краями
и опять всё начать с начала.

Иногда это необходимо,
как я уже объяснил:
чтоб я смог свалиться,
для того, чтобы снова встать
и воскресным днём
побриться, галстук поправив,
от вины своей освободившись,
и отвести загадочную девочку
в кафе на торт.

Иногда мне нужно
крепко напиться,
чтоб потом протрезветь,
мучительно, очень долго,
собирать свои мысли в кучку,
выпить кофе в глубоком молчаньи
и взволнованно встать у закрытых дверей.

Я говорю: иногда…
это было бы так прекрасно,
если бы не случалось слишком часто,
и я не спотыкался
без остановки.

Ни одно время не моё

Другие где-то вдали
мое имя воспето будет
я раньше всех добрался
Но было чрезмерно рано
Другие опять несутся передо мной
отхожу в сторонку, потому что ясно
я прибыл последним
И всё запоздало
Ни одно время не моё
вишу я, как
марионетка
стрелки часов никак не сойдутся
я всегда спотыкаюсь
всего на мгновенье
Наконец-то, все за меня
все живые и мёртвые все
мы стигли в час нужный
но было время виновно.

Ты снова со мной

Ты со мной, когда снегом всё замело,
Что было у нас когда-то давным-давно…

Положи нежно голову мне на крыло
Вокруг нас уже стало совсем темно.

Вот и снова, как прежде, любя,
Я удивляюсь всему: взгляду, дыхания дуновению
Долго, протяжно целуя тебя
Нахожусь то в надежде, а то в сомнении.

Прошу, больше не говори ничего в пути,
Хочу я ещё один раз, через всё пройти.

И никогда больше, слышишь, не оставляй меня,
Мы, как две тени, идём попятам и средь бела дня.

Ты снова со мной
Перемещаясь помалу, ты от меня уже в двух шагах.
Мы знали холодное утро, когда вдруг приходит страх.

Опять перед нами тот же маршрут, с которого нам нельзя свернуть.
В пути нас поновой встречает, что тебя и меня разобщает и соединяет.

Пусть спит

Пусть спит
Пусти ж его сон

Царя и поэта ты ни в коем случае не буди,
ведь встав, он может других поволочь
ты лучше из своего жилища не выходи,
ведь он управляет только пока длится ночь

Пусть спит
Не трогай его покой

Если ты вздумаешь разбудить отдыхающего,
весь мир останется без владычествующего,
а от поэта пророчащего и от царя твоего
не останется больше ничего…

Рядом со мной

В постели со мной ты заметишь лишь бессонницу,
она словно судно, дрейфующее по реке.
Моя жизнь давно превратилась в покойницу
сердце тикает так, будто часы на руке.

Слеме рушится с престола сошедши,
под собой погребая основной городок,
и дождь капает болью моей души,
каплями слёз разбавляя текущий поток.

Ты не подозреваешь, куда же будет вести
жизни дорога без каких-либо указателей.
Затуманенные глаза ничего не видят в пути
и сквозь капли дождя ищут лишь спасателей.

Я в этом мире не могу понять ничего:
кто ведёт, что мне делать, ты мне назови.
Одно выраженье я знаю из лучшего
о надежде, огромной беде и любви.

Сны, слова и бумага - вот моя доля.
Ты всё ещё помнишь мои слоги и рифмы,
если ты услышишь когда-нибудь звуки рояля,
то захочешь знать имя, они ведь слушаемы…

Я очищаю всю свою жизнь

Я очищаю всю свою жизнь,
Через шкаф, из вчерашних борщей.
Я чищу своё пространство
От для меня излишних вещей.

Где я их приобрёл?
И зачем их собирал?

Я очищаю всю свою жизнь,
Из неё бесполезный мусор вынося:
Когда утром надежда просыпается,
А вечером существовать уже нельзя.

Где я их приобрёл?
И зачем их собирал?

Я очищаю всю свою жизнь
Больше в ней не живут пустые люди,
В которых безумный ветер гуляет
Через мозги их и через груди.

Где я их приобрёл?
И зачем их собирал?

Я очищаю всю свою жизнь,
Чтобы спасти, пока есть время,
Малую нежность утреннюю
И ночное горькое семя.

Где я их приобрёл?
И зачем их собирал?

Я очищаю всю свою жизнь
От этого видимого мира,
От любви без остатка,
И от кровососа вампира.

Где я их приобрёл?
И зачем их собирал?

Я очищаю всю свою жизнь,
Ведь всё это мрак и ржавчина.
Пускай я останусь без ничего,
Но лучше уж звенящая тишина.

Баллада о бренности

Когда мы по миру бродили,
словно разбросанное семя,
но мы, сговорясь, полагали,
что это лишь на какое-то время.

Совсем не догадываясь, что мы
за штурвалом пропавшего корабля,
смотря на бескрайнего моря тьмы,
торжественно мы голосили: «Земля!».

Мы по-быстрому как-то целовались
в дождливую ночь при кромешной тоске,
но всё же при мнении оставались,
любовь уже близко, буквально на волоске.

Мы свои вещи тщательно паковали,
стараясь сложить самое недорогое.
Ну это так…, тогда мы заявляли,
найдём для себя что-нибудь другое.

Когда привалила вдруг удача
и слава ждала блестящая,
мы опять подумали, чуть не плача:
«Она же совсем не настоящая!».

Когда друзей рядом не было,
и дни наши слишком медленно шли,
про себя мы говорили уныло,
«Это всё пройдёт, ведь беды прошли.».

Там, где мы с лихвой отдавали всё,
а получили в ответ ничтожно мало,
Мы говорили с усмешкой кривой:
«Ну, что же, подумаешь, это бывало.».

Когда мы транжирили жизнь,
мы бросали: «Пускай и это пройдёт!»
и твердо уверены были в том,
что хорошее нас вдалеке ещё ждёт.

Мы всё равно шли не унимаясь,
даже когда давно уже дошли.
Мы бодро за что-то принимались,
даже если мы это уже нашли.

И остались мы так
ждать у моря погоды
никому не понятные
и вышедшие из моды.

О любви безответной история знакома:
мы пришли исключительно к монологу,
мы уже почти добрались до дома,
подойдя близко лишь к его порогу.

Меж бесконечных временных очередей,
в окружении неиспользованных вещей
пока не возникло видимых проседей
мы не замечали, что ты стар и ничей.

Мы ещё верили в то, что не виден край,
и изменится путь от нашего ожидания,
про себя мы друг другу сказали: «Прощай»,
а было всего только: «До свидания».

Не возвращайся к ушедшей любви

Не возвращайся к ушедшей любви,
в прошедшие дни другие дожди лили,
непохожими полностью все они были,
прошу тебя, этих потоков шквал останови
Не возвращайся к ушедшей любви.

Не возвращайся к ушедшей любви,
чтоб спрятаться и чтоб себя согревать,
тем, что минувшие времена вспоминать,
когда нелюдимо-пустынно в твоей крови
Не возвращайся к ушедшей любви.

Как, злоумышленника,
убранного в полумрак и холодок,
вечно прельщает тот край,
Бывшие чувства коварны как садок,
никогда их вновь не возобновляй.

Не возвращайся к ушедшей любви,
умоляю, в одну ту же дверь не стучи,
угашен уже был огонь в печи,
иди вперёд и новой жизнью живи,
Не возвращайся к ушедшей любви.

Разговор с халдеем

Я возвращаюсь сюда каждую ночь
и всё завершается как прежде,
я жду почти последнего коньяку
и беседую с халдеем…
и беседую с халдеем…

Он не вникает во все события,
он ничего не знает о покинутости,
мои слова не достигают него,
он улыбается и наливает…
он улыбается и наливает…

И так,
он выслушивает до самого утра
эти мои монологи,
он просто хороший бармен,
а я пьяный господин.

Я ему сообщаю о том, как живу,
захватывающе, сумасшедше, сладко,
но я должен сказать, что тебя там нет
и что я один, как перст…
и что я один, как перст…

Рядом сидит одна самка
пока я говорю, она засыпает,
я думаю, она ушла бы со мной
Но она ничего не решает…
Но она ничего не решает…

С тех пор, как я больше тебя не люблю

Ко мне возвращается вкус, всё заново начинаешь,
я боюсь вспоминать, как это могло далеко завести,
улыбка вернулась ко мне, теперь ты меня не узнаешь,
я опять учусь есть и ходить... Судьбу не провести.

С тех пор, как с тобою мы разлучились
вновь ночью льёт ливень приватный совсем,
пропавшие звуки снова ко мне возвратились
и красками больше я не делюсь ни с кем.

С тех пор, как я больше тебя не люблю
кто-то из поезда дальнего машет мне,
мне прохладней, но проще, и я не гублю
с тех пор, как остался я наедине.

У людей узнавал я, сколько же это может продлиться,
возможно ль от этого съехать с ума, так зрачки лучились…
я паниковал, я пытался в место другое переселиться.
этот свет слишком ярок, чтобы глаза к нему приучились…

В среднем

Если брать что-либо на душу населения,
то скрывается взгляд с любой стороны
и если опираться на это определение
то, мы, в общем-то, один другому равны.

Если в среднем жителю одному
в половину меню посмотрели,
хоть это и делится по-разному,
тогда, стало быть, и голодные ели.

Если средняя зарплата составит миллион,
тогда ты можешь купить целый регион
и если средняя мораль упала,
то похоть тебе послушна стала.

Если на среднюю голову тратят
то и тебе что-нибудь предложат,
если все идилличны (а кто заплатит?),
ведь твои заботы делят и множат.

Если столько людей живут без муки,
то, в среднем, скрещены твои руки,
и если тот житель так много крадёт,
то и тебе капелюшечка перепадёт.

У тебя нет машины, а у него их две,
одна твоя округлённо в количестве,
пусть имеет их столько, сколько угодно,
это нравится всем, ведь, это так модно.

Ты как?

Когда ты видишь на плакате
дату и «ном де плюм» мой,
в сумрачном городе при закате.
внезапно, одной зимой.

И в смятеньи войдёшь снова в жизнь мою,
Ощущая себя, словно в жизни прошлой,
чтобы внять, как минувшую песню пою
я на какой-то попойке пошлой.

Ты как?

Это, как будто бы, невозможно,
обернулось это совсем грешно,
так жить, совсем неосторожно,
жить от стихов - уже не смешно.

И тогда ты мне скажешь мягко,
как будто б, я в чём-то виноват:
"Гляжу я, как прежде, ты настолько
от жизни реальной далековат?"

Ты как?

Ты меня призовёшь что-нибудь говорить,
вопреки тому, что у меня совсем нет воли,
но, если нараспашку душу всю отворить,
то бы мы, будто б вместе съели пуд соли.

Я не помню точно, но, в эпоху былых удач,
полагаю, что ты действительно удивишься
я написал стихи: "Я прошу тебя, не плачь",
песню спев: "Ты сегодня мне снишься".

Ты как?

Уже поздно, гости уходят домой,
и разговор наш твёрд, как сталь,
всё идёт по линии продолжаемой:
это не счастье, это и не печаль…

Давай, как-нибудь устроим всё вновь
и вместе продолжим мутить сознанье!
Мы продлили и мы играли в любовь,
будто в минувшее воспоминанье.

Ты как?
Ты как?
Ты как?

Я найду облегчение

Я найду облегченье в моряцком заплыве опасном
через айсберги, ливень и волны, сквозь темноту и влагу.
Унеся меня вспять, к кровати в море прекрасном,
Создав первый день весны, когда к жизни вернётся тяга.

Тогда я найду утешение в мяса куске.
Либо к небу взовьюсь, либо разобьюсь.
Жизнь, держась, сохраняется на волоске,
Я отыщусь, коль с собою покончу или упьюсь.

Я найду облегчение в нежности дочи,
она меня в страхах, лжи и ошибках ждёт.
На заре, той моей прощальной ночи,
любимая, по-любому, ко мне придёт.

Я найду облегченье в героев горьких судьбинах,
листая страницы жизни. Они меня выручают.
Оно в кровавой земле, на войне, в моря глубинах,
и помимо того, на мотивы моей печали отвечают.

Я найду облегчение в той музыке, что создаёт себя сама,
в поэзии, что разгорается тихо, в зазнобе.
Где хочу: в вечности, в книгах, что пищу дают для ума,
в их нелепости, в верности матери, в гробе.

В группен-сексе, в песнопении в хоре,
Оперный жанр за горло берёт без всяких идей.
И в море, в первую очередь, в море...
Я найду облегченье у Бога, зверей и людей.

Я его отыщу, запустивши руку в недра традиций.
В картине парусников, что несутся неведомо куда.
В облике птиц, что укрылись в лесах, избегая амбиций.
Я не найду утешенье, поверьте мне на слово, никогда…

Твоё тело - мой дом

Я пропал без света в конце пути,
хоть и в жизни шёл по дороге прямой.
Дай мне ночью холодной прийти
к твоему телу - оно теперь дом мой.

Сколько я мог у фасада стоять,
если он без ворот, куда я с ключом?
И сызнова я начинаю опять,
ибо тело твоё – это мой дом.

В лесу человек, что на помощь зовёт,
В поисках, чтобы где-то свеча горела,
она будет греть пока ночь не пройдёт.
Это скромный огонь твоего тела.

И теперь уже я со многим знаком,
но человек не может сам прорваться…
Твоё тело – это мой дом
В его помощи не стоит сомневаться.

Я пропал без света в конце пути,
хоть и в жизни шёл по дороге прямой.
Дай мне ночью холодной прийти
к твоему телу - оно теперь дом мой.

Ты свет, я тьма

Я как напрасный ветер,
будто корабль без руля,
ты наилучший порт мой,
для меня ты искомая земля.

У меня иногда бывают схватки,
ранения и внезапные повороты.
А ты ждёшь меня всегда без оглядки,
и вовек я стяжаю твою заботу.

Жизнь не смирится с нами никак
твоя только радость, а моя печаль,
ты - это свет, а я - это мрак.

Пустились в путь леди и дурак,
один - словно шип, другая - как роза,
ты - это свет, а я -это мрак.

Вся моя жизнь – это только ступени,
Что бы я делал без света, а ты без тени?
Мог я без тебя и что бы с тобою было?
я - твоя слабость, а ты - моя сила.

Тебе так легко

Тебе так легко обронить – мол, я пойду,
потому как ты там не была ещё никогда.
Тебе так несложно на всё рукой махнуть,
оттого ты не держала свой путь в никуда.

Тебе нет проблем сказать - Прощай
и что это были всего лишь шутки…
Так легко, так как ты ещё не знаешь;
ведь ты не была в разлуке ни минутки.

Тебе, так просто всё, а известно мне,
что когда тебя кто-нибудь бросит,
уходя, оставляет навеки свой след,
и осколок тебя с собою уносит.

Ничего не стоит молвить - иди
и никто ни о чём не пожалеет.
Тебе это запросто. Ты ведь дитя,
а боль и терзания ждут впереди.